«Рассказ Анджелы По»

Но, удалившись от монотонного очарования ее голоса, думать о ней как об убийце было просто невозможно, а думать о мистере Эверарде де Лейси как о сообщнике - либо до, либо после преступления - и подавно. Либо еще - она все эти годы скрывала от него правду, а это тоже было немыслимо. У меня даже мелькнула мысль вернуться в "Гнездо" и смиренно сознаться его хозяйке в своем безумии и своем поражении. Но до отхода моего поезда оставалось всего пятнадцать минут, а в Нью-Йорке я был приглашен к обеду. Лучше напишу ей письмо - это ей понравится. Я ходил взад-вперед по перрону, сочиняя для письма красивые, полнозвучные фразы. Поезд из Нью-Йорка пришел за шесть минут до моего, и в толпе выходящих я с радостью приметил стройную фигуру Эверарда де Лейси. Он пожал мне руку и прогудел, он жалеет, что не застал меня. - И как там мисс По? - спросил он тревожно. - Меня сегодня с раннего утра не было дома. - О она была великолепна, не помню, чтобы она когда-нибудь выглядела лучше, - ответил я, согретый теплом затаенного смеха. - Мы проговорили несколько часов, она вам расскажет. - Это хорошо. Это очень хорошо, мой милый, для меня это большое облегчение, - проговорил он, ища глазами коляску, которая еще не подъехала. - Дженкс что-то запаздывает. - Потом он бросил на меня быстрый взгляд. - Вы случайно не упоминали о том, что сказали мне, когда мы с вами болтали, а она еще была так больна? - Не упоминал? - И я широко улыбнулся. - Ну как же, даже очень. Почему-то весь вид его выражал облегчение. - Я от души вам благодарен. Значит, вы действительно чувствуете - а слышать это от вас что-нибудь да значит, - что я ей по-настоящему помогаю? В смысле ее книг, ее карьеры... - Ну разумеется, - сказал я, хотя был немного озадачен. - Превосходно, - пророкотал он. - Превосходно. - Старомодным актерским жестом он взял меня за лацкан. - Понимаете, - сказал он, - это глупо с моей стороны, и теперь мы, конечно, оба старые. Но иногда у меня бывает ощущение, что я не так уж ей необходим. И это меня очень беспокоит. На миг, пока он это говорил, из глаз его выглянул страх. Это не был постыдный страх, но он жил с ним, очевидно, долгое время.

Я не вернулся в "Орлиное Гнездо", не вернулся и к Трашвуду с Коллинзом. Второе без первого потребовало бы объяснений, а пускаться в объяснения я не был склонен. Вместо этого я переехал в другой пансион и стал работать агентом по продаже алюминиевых товаров. А через шесть месяцев вернулся в Сентрал-Сити и занял вакансию на цементном заводе моего отца, которую тот приберегал для меня. Ибо я пришел к убеждению, что не создан для Нью-Йорка и для жизни в литературе: для этого мне не хватало самоуверенности Анджелы По. Однажды, в те шесть месяцев, что я еще там жил, мне показалось, что я видел мистера де Лейси на улице, но он меня не заметил, и я бежал его. И конечно, как я ни старался держаться от них подальше, я видел анонсы о последнем законченном романе Анджелы По. Она умерла, когда я уже три месяца жил в Сентрал-Сити, и когда я прочел, что о ней скорбит муж, актер Эверард де Лейси, я почувствовал, что с души у меня сняли тяжкую ношу. Но он пережил ее всего на несколько месяцев. Очень уж скучал по ней, наверно, а некоторые связи в жизни особенно прочны. Мне хотелось задать ему один вопрос, всего один, а теперь я уже никогда этого не узнаю. Шекспировские роли он играл безусловно, а когда они уехали из Гошена, он на довольно долгое время вернулся на сцену. В некрологе упомянуты и Отелло, и Гамлет. Но есть еще одна роль, и мне интересно, играл ли он ее и что из нее сделал. О какой роли я говорю, вы, вероятно, уже поняли.